Опубликовано: Среда 26. Сентябрь , 2018      
Правозащитник Ван Юнхан. От стороннего наблюдателя до жертвы, ставшей свидетелем преследования Фалуньгун (ч. 1)
" . $article['subtitle'] . "
"; } ?> " . $article['author'] . "
"; } ?>

Ван Юнхан, правозащитник, защищал практикующих Фалуньгун с тех пор, как в 1999 году компартия Китая (КПК) начала преследовать эту группу людей. Как и Гао Чжишэн и многие другие адвокаты, которые поддерживали практикующих Фалуньгун, Ван был жестоко наказан за это режимом, включая незаконное заключение в тюрьму на семь лет и жестокие пытки.

Ван понял, что общественность никогда не узнает, через что прошли он и многие другие практикующие Фалуньгун, если они не расскажут свои истории. Ниже мы публикуем его показания о том, как коммунистический режим нарушал закон во время преследования практикующих Фалуньгун.

Отмеченный наградой адвокат

Меня зовут Ван Юнхан, я из области Цзюйнань провинции Шаньдун. С 1993 по 1997 годы я изучал машиностроение в Железнодорожном институте Даляня (сейчас Даляньский университет Цзяотун). Затем я работал на заводе по производству локомотивов в Даляне. В 1999 году я сдал государственные экзамены и работал юрисконсультом на этом заводе. В 2003 году я уволился с завода, чтобы заниматься юридической практикой.

 
Ван Юнхан

Хотя я был неизвестным адвокатом, который пытался свести концы с концами, но старался как мог бесплатно вести дела людей, которых подвергали несправедливости. Я не взял никакой платы за десять своих дел по компенсациям за несправедлвиое отношение, приведшее к смерти, кроме двух дел. И даже в этих двух делах, я взял только номинальную плату, потому что эти дела длились очень долго.

Чтобы привлечь больше клиентов, в один из выходных дней в 2005 году я установил бесплатный киоск юридической консультации в книжном магазине города Даляня. В 2006 году меня признали одним из 18 лучших юридических консультантов в Даляне.

Меня лишили шанса представлять практикующего Фалуньгун

Ван Чуньяня, практикующего Фалуньгун из города Далянь, судили весной 2008 года. Как его адвокат я вошёл в зал суда со своими юридическими документами. В то время было редкостью, когда адвокат защищал практикующего Фалуньгун. Судья вывела меня из зала суда. Она сказала, что обратится в Бюро юстиции, которое наблюдает за адвокатами, чтобы оно провело расследование в отношении моего участия в этом деле. Через несколько дней я услышал, что Бюро юстиции на самом деле начало расследование.Это было просто смешно! Судья отобрала у меня моё право защищать моего клиента, и более того, она лишила моего клиента права на адвоката.

Мне было трудно принять такое вопиющее нарушение в юридической системе. Но как я позже узнал, когда вопрос касался Фалуньгун, правительство могло сделать всё, что угодно и нарушить любые законы.

Жену арестовали за расклеивание листовок

Мою жену, которая в то время училась в университете Фудань в Шанхае, 30 апреля 2008 года арестовали полицейские. Это произошло из-за того, что она расклеила несколько листовок со словами «Фалунь Дафа великий». Полиция заключила её за «использование запрещённой религиозной организации для подрыва охраны правопорядка».

2 мая я пришёл в полицейский участок дороги Чанша в Шанхае, где заключили мою жену. Я объяснил полицейским, что они незаконно арестовали мою жену, так как её действия не являются преступлением.

«Вы должны доверять нам, - сказал резко полицейский в штатском. В конце концов, Китай – это страна, которая управляется законом».

«Китай не является страной, управляемой законом. В стране, управляемой законом, по меньшей мере, отсутствуют исправительно-трудовые лагеря», - ответил я.

Он подпрыгнул и начал ругать меня.

Я хотел нанять местного адвоката, чтобы тот навестил мою жену в центре заключения. Я обошёл несколько юридических фирм, но никто из них не решился взять дело практикующего Фалуньгун. У меня не было другого выхода, как попросить моих родственников отправить мои юридические документы в Шанхай, чтобы я мог навестить её, как её адвокат.

5 мая я встретился со своей женой, как её адвокат. Затем я написал открытое письмо главе Китая, в котором попросил правительство следовать закону, освободить мою жену и перестать преследовать Фалуньгун. Письмо было опубликовано в газете Epoch Times, западном средстве массовой информации на китайском языке. Позже это стало «уликой», которую правительство использовало против меня.

Мою жену освободили 14 мая, но вскоре, я стал мишенью для преследования.

Преследование за публикацию письма в средстве массовой информации за пределами Китая

В тот месяц, когда мою жену освободили, Бюро юстиции провинции Ляонин лишило меня моей адвокатской лицензии. Я узнал, что начальник бюро юстиции, Чжан Цзячэн, даже приехал в город Далянь из Шэньяна, столицы провинции Ляонин, чтобы руководить рабочей группой для обсуждения как «спасти» меня и устранить «негативное влияние» моего письма в Бюро юстиции провинции Ляонин.

Несколько должностных лиц из ассоциации адвокатов пришли, чтобы встретиться со мной.

«Адвокат Ван, мы прочитали Ваше письмо. То, что Вы сказали, это правильно. Правительство не может опровергать вопросы, которые Вы подняли. Однако не позволяйте Фалуньгун использовать Вас. Мы беспокоимся о таких людях, как Вы, которые знают закон», - сказал один из них.

Я ответил им, что сам могу управлять собой, и не позволю меня использовать.

Затем этот человек предъявил мне свои требования. Во-первых, я должен опубликовать извинение, и заявить, что я больше не буду публиковать статьи на заграничных веб-сайтах с обращением к руководству страны. Во-вторых, я должен пообещать больше не публиковать статьи на Epoch Times. В свою очередь, мне вернут мою адвокатскую лицензию, и ассоциация адвокатов в будущем будет благосклонно ко мне относиться. Я сказал им, что я написал письмо, потому что у меня не было другого выхода, и я не признаю это своей ошибкой, иначе это будет против моей совести. Так закончилась первая встреча.

Вторая встреча прошла в Бюро юстиции Даляня. Заместитель директора бюро критиковал меня за то, что я опубликовал статьи в заграничных СМИ, которые нападают на высшего руководителя Китая, и за то, что я упомянул Фалуньгун.

«В тюрьмах нет преследования, как заявляют практикующие Фалуньгун. Если Вы не верите, я могу организовать для Вас визит в муниципальную тюрьму Даляня», - сказал он.

Я объяснил ему, что у меня нет сожалений по поводу того, что я сделал. Затем я поставил под сомнения его заявления.

«Во-первых, мою жену заключили за то, что она расклеила листовки, - сказал я. - Полицейские не слушали приведенных мной юридических аргументов, и закончили обсуждение, заявив, что «это было решение высокопоставленных должностных лиц, и у нас нет права голоса». Во-вторых, я написал о юридическом вопросе. Как должностное лицо Бюро юстиции, Вы должны обращать внимание на то, стоит ли внимания поднятый мною вопрос, а не на то, где я опубликовал статью, или к кому я обратился в письме. В-третьих, Вы знаете многих экспертов в области юстиции.

Почему Вы не пригласите десять экспертов в области уголовного права, чтобы они выразили своё мнение о моей статье? Даже если один из них скажет, что я не прав с точки зрения юридического права, я сделаю всё, о чём Вы попросили».

Заместитель директора закончил наш разговор угрозой: «Что насчёт Гао Чжишэна? Что на счёт Ли Дэцзюня? Разве они не лучше (как адвокаты), чем Вы? Но мы всё равно арестовали их!»

Чжоу Юнкан руководил программой партии по «поддержанию стабильности». В июле 2008 года, перед Олимпийскими играми, он ужесточил аресты практикующих Фалуньгун.

Я написал и отправил по электронной почте письмо в Верховный суд и Верховную прокуратуру, чтобы указать на абсурдность использования Статьи 30 Уголовного кодекса для криминализации практикующих Фалуньгун. Мне никто так и не ответил.

Двух практикующих Фалуньгун заключили в тюрьму, несмотря на мои старания защитить их невиновность

В августе 2008 года в городе Даляне судили практикующих Фалуньгун Гу Ли и Цю Шупин. Я пришёл на суд как представитель обвиняемой, а не как адвокат, так как у меня больше не было адвокатской лицензии. Практикующий Янь Шоулинь из Даляня присоединился ко мне, чтобы защищать их.

Прокурор и судья не могли опровергнуть наши аргументы, что практика Фалуньгун не является преступлением. Некоторые из родственников моих клиентов изменили своё негативное отношение к нам, и муж одной из практикующих даже извинился перед нами за то, что он верил пропаганде правительства.

Однако практикующую, которую я защищал, заключили на четыре года в тюрьму, на один год больше, чем другую практикующую, которую я не защищал. Суд отказался выдавать мне вердикт, даже когда я пошёл к судье, чтобы попросить его.

Меня арестовали за то, что я представлял практикующего

В июне 2009 года адвокат из Пекина и я защищали практикующего по имени Цун Жисюя.

4 июля мы с несколькими друзьями обедали в доме друга, когда группа людей ворвалась внутрь.

Они заявили: «Не двигайтесь! Мы из департамента полиции Даляня». Затем они начали всё осматривать.

Я попросил других продолжать обедать и игнорировать их. Затем полицейский указал на меня и сказал: «Заберите его!»

Два человека стали за мной и приказали мне встать, но я не двигался. Они схватили меня за руки и увели в другую комнату, где ждала группа полицейских. Они начали бить меня ногами и ходить по мне.

Один полицейский назвал моё имя и указал на меня. Я понял, что они пришли специально за мной.

«Так как вы пришли за мной, позвольте другим уйти», - сказал я.

В ответ полицейские начали насмехаться надо мной и снова бить ногами.

В тот день полиция арестовала 13 человек, включая Фэн Гана, профессора искусств одного из колледжей в Даляне. Фэн умер при подозрительных обстоятельствах 14 августа 2009 года. Его семья заморозила его тело, чтобы провести расследование для выяснения причин его смерти.

Серьёзное повреждение, полученное после ареста

Полицейские привезли меня в полицейский участок и заключили на втором этаже. Сяо Цзянь, полицейский в гражданской одежде, всё время звонил кому-то и нервно отвечал на телефонные звонки.

После того, как он замолчал, я спросил его: «Вы должны показывать своё удостоверение, когда Вы на дежурстве. Как Вас зовут и из какого Вы департамента?»

«Я не скажу тебе», - сказал он высокомерно.

«Для ареста необходима причина. Вы можете мне сказать, почему меня арестовали?» - спросил я.

«Этого я тоже не скажу тебе», - ответил он.

«Тогда я не будут сотрудничать с вами», сказав это, я поднялся и побежал к лестнице.

Когда я был на середине лестницы, то увидел, что ворота на первом этаже были заперты.

Сяо Цзянь побежал за мной и позвал на помощь. Появились ещё трое полицейских. Они поволокли меня на второй этаж и начали избивать.

Когда они устали, меня отвели в конференц-зал. Я прошёл несколько шагов, и затем неожиданно почувствовал, что моя правая лодыжка онемела.Они бросили меня на пол. Сяо несколько раз ударил меня ногой по голове, одновременно ругая меня.

Лодыжка распухла и потемнела, а боль была невыносимой. На закате меня силой привели на первый этаж и заперли в железной клетке. Полицейские увидели, что моя лодыжка была повреждена.

Затем меня отвезли в центральный госпиталь Даляня для рентгена. Врач спросил меня о том, что произошло.

«Я не могу сказать Вам точно, что произошло, - ответил я. – Я пробежал несколько шагов, а затем меня избили».

«Первые показания являются очень важными. Вы должны ясно объяснить (причину повреждения)», - сказал врач. Возможно, что я повредил лодыжку, когда пытался убежать, или это полицейские нанесли мне повреждение, когда избивали меня.

Я думал, что первое было более вероятным, поэтому я попросил врача записать это, как причину повреждения.

Затем, вечером, полиция попыталась поместить меня в центр заключения, но там меня отказались принимать после того, как увидели мою повреждённую ногу. На следующий день полицейские отвезли меня в центральный госпиталь, чтобы наложить гипс. После полудня в центре заключения снова отказались принять меня. Один из полицейских позвонил своему руководству, чтобы они заставили сотрудников центра принять меня.

Охранники центра заключения попросили нескольких заключённых наблюдать за мной, и не позволили мне касаться перевязки и гипса. Через месяц моя правая лодыжка начала сильно болеть. Когда Сяо Цзянь пришёл, чтобы допросить меня, я снял повязку. Лодыжка загноилась так сильно, что была видна кость.

С этого времени, каждые несколько дней, руководство центра заключения отправляло несколько сотрудников полиции вместе со мной в госпиталь, чтобы мне оказывали медицинскую помощь.

Меня заставили сделать операцию

В середине августа сотрудник центра заключения приказал врачу центрального госпиталя сделать рентген моей лодыжки. Результаты были плохими. Сотрудник разозлился, потому что в полицейском участке небрежно относились к лечению моей ноги. Он позвонил своему менеджеру и сообщил о серьёзности моего повреждения.

Руководство полицейского участка согласилось, чтобы мне сделали операцию для решения этого вопроса.

Вместо этого я потребовал освободить меня и не согласился на операцию.

В какой-то из дней директор ортопедического отделения центрального госпиталя пришёл, чтобы поговорить со мной. Он сказал: «Что касается Вашей операции, Вы должны сотрудничать с нами, если Вы хотите этого, но даже если вы этого не хотите, Вы всё равно будете сотрудничать. Это госпиталь компартии. Мы подчиняемся только компартии. Если Вы не будете кооперировать, мы сделаем Вам полную анестезию, чтобы провести операцию».

25 августа 2009 года, в 8.30 утра меня положили на операционный стол. Пришёл директор ортопедического отделения и сказал со злостью: «Полиция попросила нас сделать операцию этим утром, но не посетит нас до полудня. У нас есть правило, что если нам вначале не заплатят, мы не можем получить всё необходимое оборудование. Мы просто будем делать операцию, используя то, что у нас есть».

Во время операции я слышал, как врач сказал медсестре, что у них нет подходящей спицы, и что они должны использовать другой тип спицы.Вначале они сделали мне анестезию нижней части тела. После того, как мне вставили спицу, мне сделали рентген, чтобы проверить результат. Я услышал, как они сказали: «Кости составлены неправильно». Затем они сделали мне ещё одну анестезию, и я потерял сознание.

В июне 2010 года, по требованию моей семьи, руководство тюрьмы №1 Шэньяна отправило меня на обследование ноги. После изучения рентгена, профессор Второго госпиталя Медицинского университета Китая спросил, где мне делали операцию. Затем он сказал: «Ваши врачи в Даляне “большие профессионалы”». Я услышал сарказм в его голосе и спросил его, что он имеет в виду.

Он посмотрел на полицейского, стоящего возле него, и ничего не сказал.

Дополнительная информация

Ван Юнхан, практикующий Фалуньгун, работал адвокатом в юридическом офисе Цяньцзюнь в провинции Ляонин. С 2007 года он был советником, представлял и защищал несколько практикующих Фалуньгун.

Он опубликовал несколько статей на веб-сайте газеты «Великая Эпоха» (на китайском языке), включая открытое письмо под заголовком «Ошибки, сделанные в прошлом, требуют быстрого исправления сегодня». Ван указал, что правительство КПК контролирует юридическую и судебную системы без проверки и баланса, и использует их, чтобы преследовать практикующих Фалуньгун под маской законности.

Из-за этих писем, и под большим давлением должностных лиц, юридическая фирма, где он работал, уволила его. Его адвокатская лицензия была конфискована и аннулирована должностными лицами.

(Продолжение следует)

Источник: http://ru.minghui.org/html/articles/2018/9/22/1146497.html


Вы можете печатать и передавать все статьи, опубликованные на вебсайте «Чистая Гармония», но, пожалуйста, указывайте источник.

  Связанные истории





Email editors: editor@ru.clearharmony.net
© 2004-2018 ClearHarmony Net (Russian)